Помогла газета

– Анастасия Михайловна, почему возник интерес к этой теме?

– Одно время я читала курс лекций в местном филиале Университета МВД о создании органов внутренних дел в Новороссийске. Когда начала глубже погружаться в эту тему, появилось желание более подробно изучить некоторые моменты. И помог мне в этом… «Новороссийский рабочий».

Газета, тогда она называлась «Красное Черноморье», выходила ежедневно, кроме понедельника. Рубрика «Происшествия» была регулярной и популярной. Судя по заметкам, самыми распространенными видами преступлений были хулиганства. Как ни странно, но изнасилования тоже в то время относились к этому разряду.

Достоверность приведенных в газете фактов подтверждают совершенно случайно обнаруженные мною в архиве рапорты начальника городской милиции. Иной раз заметки в газете фактически цитируют эти документы. Но написанные журналистами более живо статьи намного ярче передают картину случившегося.

Мне стало любопытно: новости газета передавала сама милиция или же городские органы власти? Но, наверное, эту загадку раскрыть не удастся.

«Тайный» начальник

– С чем любопытным вы столкнулись во время исследований?

– Мне хотелось подробнее изучить личности и составить максимально достоверные портреты начальников городской милиции тех времен. К сожалению, тогда в органах была большая кадровая текучка. Начальники милиции могли меняться в год три-четыре раза. Принимали на службу людей, что называется, «от сохи», без образования, даже толком не обученных грамоте.

Не было у милиционеров и званий. Только должности. Например, начальник милиции, младший милиционер или старший милиционер. В конце двадцатых годов прошлого века начальником милиции в Новороссийске был товарищ Поздняков.

Впервые эта фамилия встретилась мне в архивном деле «Ежедневные рапорта начальника милиции о происшествиях в городе за 1926/1927 год». Первый же рапорт в деле за 3 ноября 1926 г. содержит подпись начальника отдела милиции Позднякова. Время от времени Поздняков исполняет обязанности начальника административного отдела, что также удостоверяется формой подписи на рапортах.

Сами рапорты, стоит отметить, представляют собой интереснейший очерк повседневной жизни Новороссийска, пусть и с криминальной стороны. Анализ происшествий позволяет установить, что в городе явно наблюдался дефицит одежды, судя по тому, что носильные вещи крали чаще, чем все остальные материальные ценности. В одном доме воришки не позарились на дорогие часы, зато выгребли одежду. Был случай, когда супружескую пару, возвращавшуюся поздно из театра, остановили злоумышленники и раздели прилично одетых людей чуть ли не до белья.

Нередко совершались нападения на патрульных милиционеров, а один из младших милиционеров был даже убит на ночном дежурстве.

Но вернемся к нашему герою. Следующим документом, позволившим установить его имя и отчество, стало служебное удостоверение, обнаруженное в деле «Удостоверения, справки, доверенности работников учреждений округа. Январь-декабрь 1927 года». Документ от 26 марта 1927 г. гласит, что «предъявитель сего Поздняков Евстафий Иванович состоит на службе в Народном комиссариате внутренних дел в должности Начадмотдела» (начальник административного отдела, – прим. ред.).

Дальнейшая судьба милицейского начальника неизвестна. Удалось выяснить лишь то, что он из Новороссийска пошел на повышение. А вот некоторые другие его коллеги завершили свой трудовой путь бесславно, вернее, печально прославившись.

«А милиция спит»

– Анастасия Михайловна, какие материалы из нашей газеты стали для вас особенно интересными?

– Надо сказать, что «Новороссийский рабочий» не скупился на критику в адрес правоохранителей. Хлесткие заголовки, смелые тексты высвечивали пороки того времени. Моральный облик милиции был далек от идеала. Порой стражи порядка мало чем отличались от хулиганов.

Например, из заметки «Вот так милиционеры» от 6 июня 1926 года мы узнаем, что 30 мая в полдень в одном из районов города раздались крики и стоны. Автор статьи, некий Владилен Грустный, поспешил узнать, в чем дело. Придя на шум, он стал свидетелем жуткого побоища: «два милиционера (Хайнов и Вас. Семиков) и столько же рабочих затеяли между собой кулачный бой». В результате вышло, что милиционерам разбили «физии», так как они «пили вместе, а платить не хотели». Один из милиционеров, взяв из участка винтовку, стал угрожать своему обидчику. В конце заметки рабочие в лице гражданина Грустного обращаются к административному отделу гормилиции с просьбой «расследовать» это дело и таких милиционеров, дискредитирующих советскую власть, отдать под суд.

Еще одну информацию, вышедшую в разделе «Происшествия», без смеха читать невозможно: начальник милиции со своим другом, напившись алкогольных напитков, голяком скакали на конях по пляжу. Оба, конечно, были уволены.

А вот еще заметка с говорящим названием «Милицейские художества». Корреспондент, назвавшийся Случайным, сообщает, что пару дней назад (информация датирована 2 июля 1926 года) в городские купальни перед закрытием явилась компания из пяти нетрезвых товарищей. Оскорбив служащего купален не только словом, но и действием (они из служащего «сделали футбол», бросая его из стороны в сторону), а также грозя сбросить в море, один из компании оповестил всех о своих властных полномочиях. «Я, Фетисов, начальник 2 участка милиции, требую, чтобы двери купален раскрылись шире», – заявил подвыпивший милиционер.

Ситуация получила неожиданное разрешение – появился начальник милиции Васильев, который, будучи сам пьян, беспомощно пытался урезонить буянившего Фетисова.

Собравшиеся в месте конфликта жители вызвали постового милиционера, поставив его в неловкое положение перед вышестоящим начальством. Как он мог «вязать руки» своему руководству?

Горожане не молчали

– Надо сказать, что новороссийцы проявляли гражданскую позицию, они были активны и наблюдательны в отношении стражей порядка, – считает собеседница.

Любой проступок становился достоянием общественности, и нарушителей «пропечатывали» в прессе.

Так, 4 июля 1926 года в газете сообщалось, что участники дебоша в купальнях Фетисов и Васильев были сняты со своих должностей. А 6 июля в интервью с председателем горсовета Ивановым К.И. под заголовком «Аппарат милиции будет оздоровлен», людям обещали: подобное не повторится.

К слову, заработки милиционеров, трудившихся без выходных, были невелики. Для сравнения, зарплата уборщицы составляла в то время 23 рубля 75 копеек, делопроизводитель получал 39 рублей 90 копеек, а младший милиционер – 33 рубля 25 копеек.