Наша семья живет в районе улицы Осоавиахима. Когда происходил массированный налет, у нас было тише, чем в Южном и в Восточном районе. Мы из частного дома наблюдали за происходящим, но домашним я строго-настрого наказала не подходить близко к окнам. Но даже издали были видны вспышки и зарево.
Мой старший сын, семнадцатилетний подросток, заявил, что быстро сбегает на улицу, чтобы посмотреть, что там горит. Остановить его я не смогла, в считанные секунды заскрипела калитка, послышались удаляющиеся шаги. Я перепугалась очень сильно. К счастью, связь во время атаки работала отлично. Я дозвонилась сыну и заставила его вернуться домой минут через десять после того, как он ушел.
-Мама, я был возле контейнерной площадке, оттуда город хорошо виден. Думаешь, туда только пацаны пришли посмотреть, что происходит? – рассказывал он. – Туда приехали смотреть на пожар взрослые люди на машинах. Кто-то даже на раскладном стульчике расположился. Были те, кто принес с собой еду, что-то вроде попкорна. В темноте не определить, сколько человек там собралось. Но 5-7 наблюдателей было точно.
Я была в шоке от того, что взрослые люди к таким драматическим событиям относятся как к зрелищу. Разговаривала с соседями после атаки и выяснила, что многие выходили смотреть на пожар. Правда, у кого-то в голове щелкало, что осколки дрона могут упасть, куда угодно и они прятались в домах.
Сын мне рассказывал, что и в других районах молодежь собирается на “смотровых площадках”. Голова на плечах есть?
Татьяна Александровна.
