Начнем, пожалуй, с самого старшего поколения, у которого Новый год был, но отмечали его тайно, за плотными занавесками, скрываясь от соседей, так как он считался пережитком прошлого. А уж Рождество вообще было под запретом. Антирелигиозная пропаганда со второй половины 1930-х года выпускала агитацию: «Только тот, кто друг попов, елку праздновать готов!», «Не тратьтесь без толку на рождественскую елку. Коньки и лыжи куда нам ближе». Выходных не было ни 31 декабря, ни 1 января.
И так продолжалось вплоть до 1935 года, пока в газете «Правда» не опубликовали обращение гражданина Постышева о просьбе устроить коллективное празднование Нового года для всех. Сталин праздновать разрешил, но выходных не дал.
И только через два года правительство СССР объявило 1 января нерабочим днем. Хочешь праздновать? Да пожалуйста, но 2 января пожалуйте на работу! А если этот день падал на выходной, то извините, день не переносится.
А как же Рождество, спросите вы. Это случится через далеких 60 лет, в 1991-м году. Впервые за долгие-долгие годы по телевизору показали церковную службу, а 7 января официально признали нерабочим днем.
Ну а дальше, скачками, количество праздничных дней с каждым разом прибавлялось: 1993 год — к выходным дням добавили 2 и 3 января; 2004 год праздновали с 1 по 5 января плюс Рождество 7; 2012 год – с 1 по 8 января; а уже этот Новый год мы будем отмечать аж 12 дней!
Сижу вот, и размышляю: может, как Постышев, попросить добавить еще недельку, чего мелочиться-то? Впереди же еще контрольный выстрел в печень, ой, простите, старый Новый год, на среду выпадает. А потом, как все нормальные люди, пока на работе кофе попьешь, пока выслушаешь всех не по разу кто как отметил, так пара дней как раз и пройдет. А там опять выходные.
