В те осенние дни 1942 года, когда фашисты наступали на Новороссийск, советское командование поставило задачу перед войсками – «держать зубами» Сухумское шоссе, по которому противник надеялся пробиться на Кавказ. Новороссийцы знают, что город оказался захвачен почти полностью, в руках советской армии оставалась лишь небольшая его окраина. Линия фронта проходила по территории цемзаводов и шла вверх через Маркотх.

В соответствии с приказом рота 2-го отдельного батальона морской пехоты под командованием Николая Воронкина должна была держать оборону в районе завода «Пролетарий». Но это место оказалось под жестоким огнем противника. И командир приказал своим подчинённым отступить. Рота укрылась за стенами заводских помещений, и несколько дней до подхода подкрепления морпехи сдерживали огонь фашистов. Командир сберёг личный состав. Кстати, бойцы заградотряда, которые должны были фактически стрелять в тех, кто нарушил приказ, сражались рядом с подразделением Воронкина.

В том бою Николай Митрофанович был контужен. Попал в госпиталь Геленджика. Возможно, именно ранение помогло избежать разбирательств. После госпиталя Воронкин остался на Новороссийской военно-морской базе. Получив специальность артиллериста-корректировщика, он попал на батарею Зубкова, которая находилась между Новороссийском и Кабардинкой и держала под прицелом весь город.

Служба на батарее, которая находилась как будто бы в тылу, была нелёгкой. Фашисты постоянно бомбили её. Но тем не менее Воронкин хотел попасть в отряд Цезаря Куникова, хотя ему было понятно, что предстоит ещё более опасное дело.

Николай Митрофанович высаживался на Малую Землю также в качестве корректировщика огня. К выполнению задания вместе с наблюдателем и связистом приступили сразу же после высадки, в ночь с 3 на 4 февраля. Корректировочный пост располагался на крыше двухэтажного здания. Раньше в этом помещении была контора рыбзавода. От поста протянули к штабу Куникова телефонную линию и передавали координаты целей гитлеровцев. Из штаба информацию срочно отправляли на артиллерийские позиции, на ту же самую батарею Зубкова.

Всего несколько дней Воронкин работал на небольшом кусочке отвоёванной территории. И творил чудеса. Вот как об этом рассказывал писатель Петр Межерицкий: «Лейтенант Воронкин корректировал огонь, то и дело забираясь чуть ли не в расположение фашистских войск. Его обстреливали автоматчики, его пеленговали и персонально бомбили».

В этой жуткой битве корректировщика даже не задело осколком! Советские бойцы удачно поражали вражеские орудия, корабли, самолёты.

После выполнения поставленной задачи Воронкин вернулся на батарею Зубкова. Он прошёл войну, а в мирное время работал помощником капитана на судах Черноморского пароходства в Одессе. Приезжал в Новороссийск, бывал на батарее Зубкова.

Использованы материалы кандидата исторических наук Тамары Юриной.