ДТП на Волчьих воротах: семья училась заново жить, а дедушка написал о трагедии книгу

Это ДТП случилось три года назад, 14 января 2017 года. Но в семье Бондарь о ней помнят каждый день.

ДТП на Волчьих воротах: семья училась заново жить, а дедушка написал о трагедии книгу

Роковое столкновение

За эти три года Егорушка Бондарь, которому в ДТП досталось сильнее всех, 23 дня пролежал в коме, затем заново учился: дышать, пить водичку, кушать, ползать, затем — ходить. И сейчас походка у десятилетнего Егора не очень уверенная, и ему надо научиться заново говорить.

Пока он — и это уже большой прогресс — говорит отдельные слова: «мама», «папа», «деда», и все время, пока мама рассказывает его «историю болезни», показывает пальчиком на сонную артерию — туда, где долгое время стояла трубка — трахеостома.

Эта авария, одна из многих, случившихся на «кровавых» Волчьих воротах, имела большой общественный резонанс. В 16 часов 45 минут водитель «Лады», гражданский супруг Олеси Бондарь, чтобы обогнать впереди идущий транспорт, выскочил на встречку. Там он столкнулся с грузовиком «Мазда Титан», который в этот момент поворачивал на заправку. Легковушка превратилась в кусок железа.

— Мой супруг всю вину взял на себя, но ведь водитель грузовичка тоже должен был обозначить свой маневр, чего он не сделал, — рассуждает Олеся. Из событий того дня она помнит далеко не все: поехали навестить подругу.

— Помню только дорогу, на ней стоял человек, какая-то доля секунды... и уже провал в памяти. Очнулась от того, что не могла дышать, пыталась это сделать, но с поломанными ребрами и пробитым легким от боли снова впадала в забытье. Потом ощутила холод: я ехала в машине в одной блузке. Какой-то мужчина снял свою белоснежную куртку и укрыл меня ею, а я же вся в крови...

Следующий «кадр» из того дня: больница, где медсестра пытается снять с меня одежду, ей это сделать тяжело, я вижу, что она хочет разрезать бюстгальтер, и я говорю через силу: не надо так, у меня это комплект... — продолжает Олеся. — А где-то по краю сознания бьется мысль: дети, муж, как они?

Очнулись в палате

Вся семья в тот день оказалась в первой городской больнице. Десятилетний Богдан, получивший ушибы и сотрясение мозга, быстро поправился и сам пришел навестить маму. А вот Егорка смог встать на ноги намного позже.

— Перелом свода основания черепа, лобных и височных костей — это только частично его диагноз. Когда мне показали моего сыночка через несколько дней, всего в каких-то трубочках и бинтах, я не узнала Егорушку. Пришлось поверить врачам, что это и есть мой ребенок! — говорит женщина.

Долгое время Егор находился в коме, было принято решение госпитализировать его в Краснодар, в детскую краевую больницу.

— Мы постоянно ездили туда, чтобы разговаривать с Егоркой, звали его, — вспоминает Олеся те тяжелые дни. — Из окна его палаты были видны купола храма Александра Невского. Каждое утро, глядя, как их золотит солнышко, я говорила сыночку: «Вставай! Ты увидишь красивый храм! Егорушка, открой глазки, мы пойдем в этот собор!»

Каждый день я допытывалась у врачей, когда же сын выйдет из комы. Один из нейрохирургов сказал: «Это только Господь Бог знает! А мы делаем все возможное и необходимое для ребенка». И я молила Господа о выздоровлении сына.

Иногда нам приходилось уезжать в Новороссийск, и тогда мы звонили в отделение, чтобы узнать, как там наш сынок. Никогда не забуду тот день, когда реаниматолог мне ответил: «Ваш боец уже два часа, как сам дышит». Это была огромная радость.

Книга о ДТП

Всю хронику-историю болезни Егора с переживаниями, эмоциями написал дедушка Егора и издал книгу. Оказалось, что мы знакомы. Это Анатолий Цепкало, известный путешественник, частый герой публикаций «НР».

— Вот уже три года я не путешествую, — сказал он нам при встрече, — надо поддерживать внуков и дочь. — Когда случилось несчастье, я находился в Ростове-на—Дону, у другой дочки, всего их у меня три. Срочно выехал в Новороссийск и первым делом — в больницу. Олеся лежала на больничной койке вся синяя, сердце кровью обливалось, глядя на нее. Говорить толком не могла, бедная девочка.

Видимо, чтобы отвлечься от горьких мыслей и как-то собраться, Анатолий Цепкало, автор многих книг, и начал свой незапланированный труд. С первой минуты он записывал все, что касалось аварии, а также состояния здоровья каждого пострадавшего. Иногда между строк мелькала горькая мысль: «За что?»

— В нашей семье за долгие годы ни разу не было автокатастрофы, хотя многие родственники и по 30, и по 40 лет провели за рулем, — признает Анатолий Цепкало. — Но потом я начинал размышлять о другом: как мне сейчас помочь всем встать на ноги, особенно — Егорушке.

Помощь деда оказалась неоценима. Он, спортсмен со стажем, разработал план индивидуальных тренировок для внуков. И сейчас каждый день водит детей в школу — по два километра туда и обратно. Еще — походы на стадион, занятия на тренажерах.

Когда случилась авария, Егор учился в первом классе, сейчас он во втором, многое пропустил. И хотя находится на домашнем обучении, все равно ходит в школу. Одноклассники из школы № 18 очень хорошо к нему относятся, а старший брат Богдан всегда рядом.

— Богдан стал моим помощником во всем, — с гордостью говорит Олеся, — он без всякого стеснения ухаживал за Егоркой, менял памперсы и подгузники, промывал трахеостому, через которую Егорка питался.

Другой взгляд

Наша собеседница признается: после этой аварии она пересмотрела свой взгляд на многие вещи.

— Я поняла, что если погружусь в черные мысли, а у меня есть склонность к самокопанию, то уже никогда не вылезу из этого. А мне надо быть бодрой, чтобы помочь сыну. Я чувствовала, что чем больше позитива излучаю, тем быстрее Егорка пойдет на поправку. Я радовалась каждому новому дню и надеялась на лучшее. И сейчас у нас день расписан по минутам: логопед, массаж, бассейн. Многие услуги — платные, надо крутиться, зарабатывать. Траты на Егорку, его восстановление в нашей семье — первоочередные. Сыну уже сделали операцию на глаза, это все последствия травмы, летом мы поедем в Санкт-Петербург, два визита к питерским светилам уже были. Теперь записались к ортодонту. Возможно, после его помощи, Егорка быстрее заговорит.

И, конечно, большую поддержку Олесе оказала семья, как ее собственная, так и ее супруга.

— Когда ты попадаешь в больницу, весь внешний мир оказывается за окном палаты. Время замирает. Однажды моя подруга привезла мне кофе из автомата, в обычном бумажном стаканчике. Но это был кофе из другой жизни! Той, где люди гуляют по улицам, радуются, дышат свежим воздухом. И мне захотелось быстрее в этот мир вернуться вместе с сыном.

Когда приехали домой, сестра Оксана нарисовала большой плакат: «С возвращением!». Папа мужа смастерил шведскую стенку для Егора. Помогали и поддерживали все. И всем людям, что остановились тогда на дороге и помогали нам, я тоже благодарна, — говорит Олеся. — А еще благодарю Всевышнего за то, что все мы остались живы.

Сколько еще продлится реабилитация Егора, сколько сил и финансов понадобится, Оксана не знает. И так далеко не загадывает. Но, выезжая в сторону Волчьих ворот, радуется переменам: полосы разделили, есть освещение, это ж скольких трагедий теперь удалось избежать!

На прощание Егор крепко пожимает нам руки и кивает, давая согласие на скорейшее выздоровление.

 

Фото Анатолия Позднякова, а также из семейного архива Олеси Бондарь.

Поделиться в социальных сетях:

Новости партнеров