19.02.18 г. 15:46
«Вытиратель слез» для театра обязателен
О студии театральных технологий «Тандем» в клубе станицы Раевской я слышала давно. Последней каплей, извините за каламбур, стал рассказ знакомой и ее 11-летнего сына о том, как они плакали на спектакле о бездомных собаках, в котором играли станичные подростки. Надо знакомиться!

Звезды, которые умеют пахать

«Тандем» создан четыре года назад супружеской парой из театрального Хабаровска Линой Занозиной и Алексеем Ксенофонтовым. Вот такой простой алгоритм: купили дом — создали театр.

Что считать главным достижением артистов и их педагогов за эти годы? То, что ни один станичный концерт-праздник не обходится сегодня без стихов, постановок, конферанса студийцев? Что студия привозит первые места и дипломы с российских и краевых конкурсов? Что нечитающий пацан сейчас взахлеб поглощает серьезную литературу и ночь-заполночь может позвонить Лине Александровне, чтобы обсудить «Преступление и наказание»? Что на их спектаклях плачут? Что выпускники студии хотят поступать в театральные вузы?

— Тут мы им сразу готовим «запасной аэродром», — честно говорит Лина Занозина. — Потому что когда о таких намерениях детей узнают родители — их это не очень радует. Поэтому вместе присматриваем такой вуз, чтобы и профессию хорошую можно было получить, и чтобы там была сильная театральная студия. Потому что попробуй им сказать «ты не будешь этим заниматься»! Их же разорвет!

— Почему первым стал спектакль по пьесе «До свидания, овраг!» про бездомных собак?

— Потому что они должны играть то, что им понятно, что им близко, что у них болит. Это режиссерская работа моего супруга, я в данном случае художественный руководитель, внештатный психолог...

— ...вытиратель слез?

— В любом театре есть такая должность! Эта пьеса идет в новороссийском ТЮЗе «Альбатрос», мы ее делали в Хабаровске. Но нас это не смущало абсолютно. Мне кажется, она болевая, всем понятная, очень мощная, она была актуальна и в 90-х, и сейчас. Хотя многие не сразу проникаются. На последнем спектакле в социально-педагогическом колледже были дети, человек 300. Я смотрю и понимаю, что театр многие ребята вообще никогда не видели. На сцене их сверстники, какие-то куклы, игрушки... У них такой скепсис: «Боже, щас начнется». А после спектакля они сами подходят к сцене: «Можно игрушечку потрогать?»... Они сразу становятся маленькими, потому что это что-то про них.

— Сколько раз вы показали этот спектакль?

— Раз 40. Очень много. И в Анапе, и в «Старом парке» в Кабардинке, в школах и колледжах.

— Где самая непробиваемая публика?

— Такой не было. Было трудно выступать перед школьными учителями почему-то, они нас как-то настороженно воспринимают.

— В станице как относятся к артистам?

— В клубе, в станице очень трепетно к своим звездам относятся. Они ведь у нас такие, которые умеют пахать. Мы делаем конферанс, ребята ведут и митинги, и концерты. Умеют говорить, держать себя перед публикой, им хорошо, когда они на сцене.

— Городские театры с именем как отнеслись к новичкам? К понаехавшим?

— В городе настолько много приезжих... Я бы не сказала, что мы быстро смогли стать своими. У нас хороший коллектив в ДК, управление культуры благоволит к нам, к нашим проектам, потому что им интересно, что мы можем делать. Наверное, мы другие. Не лучше и не хуже, ни в коем случае. Мы другие.

— На вашей страничке в сети прочла, как некто Леша из вашего коллектива пытался во время спектакля вызвать на контакт школьную публику, которая копалась в телефонах под стихи о войне. Испереживалась. Зачем вы ищете эту обратную связь? «Для галочки» работать легче.

— Мы не можем так. Патриотическое направление входит в плановую клубную работу, приходится разговаривать с ребятами о трудных вещах. Мы хотели бы верить, что если хоть кто-то в зале задвигается — значит, все не зря. А все, что касается патриотизма, это вообще про нас. У нас дети на 9 мая ходят по дворам ветеранов, которые уже не могли прийти в клуб за своей порцией шашлыка, поют песни военных лет. Мы выезжаем в город, участвуем в постановках, бываем на исторических реконструкциях. Дети должны понимать, что это такое. Когда они пришли к ветерану, который уже не может встать, и мы ему поем, и он плачет — у них по-другому происходит это понимание.

Безвозмездно, но не бескорыстно

— Алексей Владимирович, ваши птенцы пойдут в «большой театр» и не поступят, как вы себя будете чувствовать? Будете считать это провалом? — продолжаем разговор с Алексеем Ксенофонтовым.

— Я выдохну и скажу: «Слава богу». В этом плане я всегда вспоминаю слова Семена Фарады. Он говорил: «Я всегда знал, что если я буду плохим актером, я стану замечательным сантехником». Как много сломано судеб, и сколько у меня знакомых ребят, очень талантливых, которые нигде не пригодились!

— У вас есть любимчики?

— Боже упаси. Я даже стараюсь к «студийцам» не привязываться, отношусь к этому философски. У нас сразу была договоренность на берегу. Ребята, мы с вами занимаемся безвозмездно, но не бескорыстно.

— Это как?

— Ребята от нас получают тот опыт и знания, которые нигде не получат. А мы над ними экспериментируем. С формами спектаклей, с формой тренингов. Ребята очень хорошо работают, и можно понять — эффективен ли тренинг или от него лучше отказаться. Они веселые, подвижные, и вот сейчас мы с ними хулиганим, готовим классику — Грибоедова, «Горе от ума». У нас получается, как ни странно, клоунада.

— Одиннадцатиклассник Руслан Тураев в новом спектакле будет играть главную роль. Помнит ли Чацкий свой первый выход на сцену?

— Конечно, помню, — отвечает подошедший к нам Руслан. — Это был класс-концерт. Я играл павлина в этюде «Павлин и страус». Это было необычно. Очень большое удовольствие получил от всего, понравилась мне эта роль и взаимодействие со «страусом».

— Как родители отнеслись к тому, что ты хочешь поступить в театральный?

— У меня мама всегда была за самосовершенствование, она меня и во всякие кружки отводила. В театральную студию я, правда, не сразу пошел. Однажды ко мне подошла Лина Александровна и сказала, что у меня очень фактурная внешность, пригласила заниматься. Пришел, а там уже полкласса. Отзанимался год и, наверное, только с первым спектаклем я окоренился там полностью. А родители были «за», самосовершенствование актерское — это необычно, особенно для Раевской. Сейчас мы с мамой нашли компромисс. Я сдаю больше предметов, чтобы, если не поступлю в театральный, пойти в другой вуз.

— Чацкий, — продолжает Алексей Владимирович, — это единственный адекватный персонаж будет, он не клоун. Он будет играть в театр переживаний, русский драматический театр. Все остальное — клоунада. Конфликт этих двух театров, двух форм будет, надеюсь, интересен. Планируем все закончить ко дню театра 27 марта. Всего месяц впереди, в студии аврал и паника. У нас гримеры — ребята из Москвы, они тоже за голову хватаются: «Ну, вы замахнулись!»... Понимаете, у нас в студии всего 10 человек, а персонажей в пьесе 24. У пятерых роли неизменны, оставшиеся 5 будут играть оставшихся 19. То есть там хаос намечается полный. Ну, посмотрим, как будет.

— То есть в Раевской 27 марта ожидается Большая Премьера?

— Маленькая. Премьерочка. Скорее всего, будет просто сдача спектакля. А там посмотрим.

Станиславского — в 8 строчек

— Почему «студия театральных технологий»?

— В наше время даже Константина Сергеевича Станиславского перевели в технологию. Есть американская писательница, театральный тренер, она талмуды Константина Сергеевича перевела в технологию «8 строчек», можно сносно научиться актерскому мастерству за короткий срок. В нашем мире многие вещи, которые раньше считались таинством и волшебством, переводятся в разряд технологий. И сама советская школа позволяет мало-мальски грамотного работоспособного человека научить азам актерского мастерства. Не первоклассного, но крепкого актера, на которого можно смотреть — позволяет сделать. Чем мы и пользуемся. Потому что, как ни крути, ребята наши уже смотрятся.

А «студия» — потому, что, как показывает мировая история, когда наступал кризис — в культуре, в театре — всегда спасали вот такие самодеятельные студии.

— Как в вашем театре с интригами? Не могут не быть.

— У нас все просто. Были демократические выборы, но проголосовали за диктатуру. Я не считаю себя диктатором, но у нас правила очень жесткие — либо ты работаешь, либо вот там дверь.

— Ближайшие планы?

— Готовим вторую Черноморскую театральную мастерскую. Это наш проект с супругой. Решили сделать то, чего в России так не хватает. Любой фестиваль превращается в выкачивание денег и раздачу слонов. Мы хотим уйти от конкурсов — это будет место встречи педагогов, которые хотят знания отдать, с детьми, которые хотят эти знания получать.


Елена КАЛАШНИКОВА.
Фото Ольги ЖУК и из архива студии.

 
Просмотров: 1502

Новости
18.08.18
В администрации города рассказали, кто из сельских молодых специалистов имеет право на получение социальной выплаты на приобретение своего жилья.
17.08.18
1 сентября в городе стартует конкурс «Лидеры Новороссийска», который призван выявить лучших из лучших и по достоинству вознаградить — карьерой, внесением в перспективные списки резерва и многотысячными сертификатами на обучение.
17.08.18
В Новороссийске мертвой в своей квартире обнаружена 81-летняя пенсионерка. О том, что женщина умерла, стало известно четыре года спустя только благодаря сильному запаху.
17.08.18
Памятник войны — руины Дворца цементников на «той стороне» наконец-то освободили от диких зарослей.
17.08.18
Прокурором Новороссийска назначен старший советник юстиции Игорь Стуконог.
16.08.18
Партию ядер арахиса массой 25 тонн, зараженную кишечной палочкой, задержали в новороссийском порту.













Copyright © ООО "Издательство "Новороссийский рабочий", 2014. Все права защищены. При использовании информации ссылка (для электронных ресурсов – активная) на источник обязательна. Использование фотоматериалов разрешается только с письменного разрешения редакции.

Разработка: spellsystems
Отдельные публикации могут содержать информацию, не предназначенную для пользователей до 16 лет.
Яндекс.Метрика
Учредитель сайта — ООО «Издательство «Новороссийский рабочий»
Главный редактор – Бурлаков Владимир Михайлович.
Фактический адрес: г. Новороссийск, ул. Грибоедова, 16
Приёмная: (8617) 61-41-05, info@novorab.ru
Отдел рекламы: (8617) 61-43-40, reklama@novorab.ru